Теперь я не тот.

В пятилетнем возрасте я остался без отца, который за воровство попал в тюрьму. Мама воспитывала нас троих одна. Дедушка и бабушка были православными. По воскресеньям дедушка читал большую Библию. Бабушка водила меня в церковь причащаться, но в богослужении я ничего не понимал. В школе старшеклассники однажды спросили меня: "Ты веришь в Бога?" – "Конечно, – тут же ответил я. – Я даже в церковь хожу с бабушкой!" – "Все это неправда. Бога нет!" – убедительно доказывали ребята, и я сразу принял их точку зрения. 

Как-то утром я спросил меньшего брата: "Ты веришь в Бога?" "Конечно!" – кивнул он добродушно, увлеченный завтраком. "Ну и бестолковый же ты!" – возмутился я. Мама, услышав мое возмущение, ударила меня по губам так, что я от испуга мигом оказался на улице. С тех пор слово "Бог" я боялся произносить пренебрежительно, хотя и считал себя неверующим. 

Рос я драчливым. В двадцать лет женился. Но жизнь не ладилась, и виной тому был я. Жена у меня хорошая, дети милые, но меня влекли развлечения. Я понимал, что поступаю неправильно, но остановиться не мог. В семье были большие неприятности. "Зачем жить? – думал я. – Жену оскорбляю, дети страдают из-за моего поведения". Дело дошло до развода. Я решил оставить семью. "Помогать воспитывать детей я буду, – думал я, – но они хоть не будут слышать наших скандалов". 

В это время у моего верующего соседа умерла жена. От них я никогда не слышал слова свидетельства о Христе. Расходы на погребение соседки я в знак благодарности решил взять на себя. Во время похоронного служения одна верующая девушка рассказала стихотворение и засвидетельствовала присутствующим о Христе. Моей жене понравилось все, что она говорила. "Это последний шанс спасти семью", – решила она и пригласила эту девушку посетить наш дом, чтобы меня вразумить. Я не возражал. Девушка пришла, но не одна. Они рассказали о Боге, пели псалмы. Я не вникал в слышанное, но подумал: "Голоса красивые, а поют бесплатно". Когда мы пригласили их к столу, они попросили разрешения помолиться перед едой. На прощание они подарили мне небольшое Евангелие. 

После их посещения у меня в сердце появилась какая-то тревога, и чем дальше – тем больше. На душе было так тяжело, что я не хотел жить. "Чем мучить жену и детей, лучше уйду из жизни", – решил я. 

В один из февральских дней пришел я домой на обед. Дома никого не было, на сердце неимоверная тяжесть. Еще утром на работе меня пригласили зайти в контору (намеревались наложить какое-то взыскание). Думаю: все, я больше не выдержу. И тут я вспомнил слова одного старичка: "Когда тебе будет тяжко, почитай Евангелие, полегчает. Но прежде помолись. Без молитвы не читай, ничего не поймешь. Евангелие умом не читается". 

Я решил последовать его совету. Стал на колени. Смотрю, окно открыто. Встал, закрыл. Опять опустился на колени – свет горит. Поднялся, погасил. Кто-то мимо дома прошел... Но в это время никто не мог прийти ко мне. Полчаса я мучился, не мог начать молиться. В сознании промелькнула мысль: "Ты серьезный человек и стоишь на коленях?! Смешно! Все это зря!" И все же я помолился, но как... "Господи, я не верю в Тебя. Если Ты есть, откройся мне..." Встал с колен, открыл Евангелие. Читаю притчу о сеятеле. "Так здесь речь идет обо мне", – понял я. До этого я не верил в Бога, но, прочитав эти стихи из Евангелия, в одно мгновение понял, кто я. Я снова упал на колени. О чем молился, не помню, но плакал я горько. 

Хотелось выбежать на улицу и кричать от радости, что я уже не тот человек. Я не мог дождаться вечера, так хотелось увидеть жену и детей. На сердце стало легко и радостно. Мне хотелось прыгать, как ребенку. 

После обеда пошел в контору. "Здравствуйте!" – обратился я к директору. Он удивленно посмотрел на меня, подал руку. "Что с вами случилось?" – "Ничего. Все в порядке". Зашел в бухгалтерию. Там, не говоря о взыскании, дружелюбно со мной побеседовали. Теперь я не мог понять, в чем дело. Обычно я шел на работу с опущенной головой, до того мне было стыдно за свои грехи. Теперь же, после молитвы, я шел на работу с необыкновенной легкостью и стал просить прощения у тех, перед кем был не прав. Такую силу дал мне Бог. Отныне Он стал для меня реальным, существующим! 

Вечером пришла с работы жена. Она тоже удивилась, с какой отцовской лаской я разговаривал с детьми. Я был переполнен неизвестной мне до сих пор радостью. 

Появилось желание читать Слово Божие. Но молиться открыто дома у меня еще не было силы. В это время жена уехала на курорт. Я остался с детьми. Я любил смотреть по телевидению спортивные новости, но Господь и от этого пристрастия освободил. Дети согласились со мной, и мы убрали телевизор. Начал я молиться с детьми. 

Вернулась с отдыха жена. Смотрит на меня настороженно, с недоверием: я сильно изменился. Накрыли стол. У меня внутри борьба: "Неужели помолишься в присутствии жены?! Воздержись!" Мне было стыдно, но тут помогла дочь. "Мама, встань!", – попросила она. Жена встала. "Папа, помолись!" Я помолился. Думаю: "Вот так, не я детей ободряю, а они меня". Жена минут пять стояла, не садилась и, глядя на меня, сказала: "Все это несерьезно. Тебя уже ничто не изменит". Хотя она первая пригласила верующих, но в чудо, совершенное Богом, не верила... 

Будучи неверующим, я с осени запасал тонну, иногда две, вина. Когда покаялся, хотел разбить все бочки, чтобы вино вытекло. На меня сильное впечатление произвели слова Евангелия: "Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними" (Лк. 6:31). Мне не хотелось, чтобы из-за моего вина в других семьях были скандалы. 

– Я разобью бочки, – говорю жене.
– Только попробуй.
– Не хочешь, тогда реализуй сама.

Жена продала немного вина знакомому шоферу и в течение часа у моего дома появилось много машин. Три села узнали, что я продаю вино! Жене стало стыдно, она ушла из дому. "У тебя есть вино! Продай!" – упрашивали люди. "Есть, но не продаю", – откровенно признавался я. 

Что тут было! Они чуть не избили меня. Я же по совести не мог уже этим заниматься. Думаю: в каждый дом захожу, говорю о спасении, дарю Евангелие, чтобы люди читали и узнавали, как избавиться от пьянства, от разводов – и вдруг продаю вино! Однажды пришли ко мне за вином сотрудники милиции, мои бывшие друзья. "Давай выпьем. Пошли в подвал". Какая сильная борьба происходила в моем сердце. Дьявол убеждал: "Ну, налей им в последний раз по стакану вина". А голос совести тихо останавливал: "Неужели нальешь?" Я долго колебался, а потом вошел в комнату, где они сидели, по-видимому, с таким решительным видом, что мои друзья выскочили во двор и по ступенькам сбежали так, что я подумал, как бы не разбились. Большую победу помог Бог мне одержать! Я узнал, как тянет к греху дьявол и как удерживает от него Бог. После покаяния я не мог воровать кукурузу. "Как же мы проживем? – горевала жена. – Ведь у нас дети". – "Не переживай, Господь нас не оставит". 

И действительно, Господь усмотрел наши нужды. Осенью я продал виноград, а виноградник выкорчевал, чтобы не соблазнял. Купил корову. 

Без вина было сначала трудно: надо что-то привезти – деньги не берут, давай вино. Я отвечал: "Вина не дам! Не хотите привозить, не надо". Люди смягчались и привозили. Работал я заведующим складом. Покаявшись, у меня пропало желание воровать. Все мои прежние друзья от меня отвернулись, но главным для меня стало не потерять мир с Господом. Пришлось пережить и такое искушение. Неожиданно ожесточилась жена: стала меня обзывать. Я заходил в комнату, становился на колени, плакал и молился. Бог послал мне смирение, я выходил к ней с любовью – и это обезоруживало ее. А через год и жена покаялась. Мы приняли крещение вместе. 

Дьявол сильно смущал меня греховными мыслями. Я унывал, думал о себе, что я только умом верую, но не сердцем, что моя молитва только до потолка. Как же я боялся вернуться к прежней жизни! Я сознавал, что это самое страшное для меня. 

До уверования я был в продолжительной ссоре с матерью. Года два к ней не заходил. "Господи, теперь я верующий, как же мне помириться, как к ней подойти?" – думал я. Но Господь устроил все так чудно. Иду на работу, выходит мама: "Где ты был эти дни? Я не видела тебя". Я зашел к ней, мы помирились. На сердце стало легко. Появилась новая забота: как помирить брата с матерью. Говорю брату: "Мама, наверное, и по тебе скучает, как и по мне. Зайди к ней..." А маме сказал: "Если брат к тебе зайдет, ты уж не выгони, прости". А сам все это время молился с постом. Смотрю – и мама, и брат смягчились. Бог благословил и услышал мои молитвы. 

Потом я узнал, что мою сестру ночами мучит дьявол. Она очень страдала и готова была кончить жизнь самоубийством. Я стал поститься и молиться о ней. Через месяц сестра говорит маме: "Я не знаю, что со мной произошло, но дьявол меня оставил и уже не приступает". Я благодарил моего Господа. 

Мои дочери в школе тоже стали вести себя по-христиански. Старшей за то, что отказалась носить пионерский галстук, сказали: "Выбирай: или галстук будешь носить, или полы мыть". Она согласилась до конца учебного года мыть полы. 

На богослужения мы ходили сначала в соседнее село. Когда покаялись мои две дочери, собрания стали проводить у меня в доме. Мне приходилось проповедовать, хотя я был мало наставлен в истине. Позже, когда я стал изучать Писание, узнал, что некоторые стихи из Библии понимал неверно. И попросил прощения у церкви. 

В 1994 году меня рукоположили на служение. Хотя группа верующих в нашем селе небольшая, на богослужениях бывает много слушателей. Приходят на собрания дети. За год образовался детский хор. Каждый год в нашем селе проводится крещение, церковь растет. Души живые постоянно посещают собрания, молятся. 
Слава Богу за все!